Какой флот нужен России?

Иванов

Активный участник
Сообщения
331
Адрес
Россия,Льгов
А владеете историей и развитием войны на море за последнее столетие?;)
Или просто не понимаете, что
- это не только, и даже не столько постройка соответствующих десантных сил?
И ,, т.п.. я написал. Всё перечислять?)
И уж если и начинать великие постройки, то с инфраструктуры городков моряков, пирсов, обслуживания кораблей, верфей, доков, арсеналов , и тп.А не рвать жилы ради десятка кораблей а потом экономить на обслуге и самим картошку разгружать.
 

Kotus

Активный участник
Сообщения
9.543
Адрес
г. Волжский
И ,, т.п.. я написал. Всё перечислять?)
И уж если и начинать великие постройки, то с инфраструктуры городков моряков, пирсов, обслуживания кораблей, верфей, доков, арсеналов , и тп.А не рвать жилы ради десятка кораблей а потом экономить на обслуге и самим картошку разгружать.
Ничего вы внятно не перечислили) И не заметили, что инфраструктура делается) И используете типичные штампы "сухопутчика")
Или все проще - вы невольно или вольно транслируете чьи-то интересы?
 

Иванов

Активный участник
Сообщения
331
Адрес
Россия,Льгов
Ничего вы внятно не перечислили) И не заметили, что инфраструктура делается) И используете типичные штампы "сухопутчика")
Или все проще - вы невольно или вольно транслируете чьи-то интересы?

Мои интересы - это наши танковые армии на Мисисипщине.
И флот для этого вполне нужен.
 

Kotus

Активный участник
Сообщения
9.543
Адрес
г. Волжский
Часть шестая. На мой вкус - слабоват ответ апологетам "ядерной дубины". Да и вообще, цикл уезжает в абстракции и лишнюю "воду".

https://topwar.ru/163939-stroim-flot-oshibochnye-idei-nepravilnye-koncepcii.html

Часть седьмая.
https://topwar.ru/164230-stroim-flot-sila-bednyh.html

Улыбнула своеобразным описанием нашего современного "пути" в военно-морском кораблестроении)

"Когда-то давно флоты А и Б были одинаковыми по численности и состояли из многих десятков вымпелов. А в «минус первом» году у А было двадцать пять перворангов в строю, а у Б только восемь, правда состояние кораблей у Б было намного лучше, потому, что ради их ремонта безжалостно резались другие расходы. При этом, однако, у Б на консервации «под восстановление» оставалось ещё десять кораблей, тогда как у А – пять и в худшем состоянии, разграбленных полностью на запчасти. «Оживить» из этих пяти можно было только два, и то очень дорого и долго. У Б – все десять. И на каждый ходовой корабль в Б было два экипажа.

Но вот пришло осознание того, что пора строиться.

Обе страны проанализировали свои задачи. В А флот получил политическое указание сверху обеспечить применение крылатых ракет на большую дальность. В Б такая задача тоже была поставлена. Но у флотоводцев Б было чёткое и ясное понимание того, что такое война на море, и как её ведут. Они понимали, что хоть с крылатыми ракетами, хоть без, но основной противник надводных кораблей – подводные лодки. Они понимали, что корабль живёт долго и задачи перед ним за срок службы могут встать очень разные, и в разных местах. И ещё они помнили то, чего стоит поддерживать флот в «живом» состоянии без финансирования, а не просто пустить его на самотёк, и собирались считать каждую копейку.

И вот пришёл «первый» год, год, когда появились деньги.

В А был весёлый хаос. Получив из Генштаба указание обеспечить ракетный залп, а из казначейства деньги, в А быстро спроектировали серию малых ракетных кораблей. Эти корабли могли запускать крылатые ракеты из универсальной установки вертикального пуска на восемь ракет, могли атаковать надводные цели из неё же и вести артиллерийский огонь. С мореходностью у них были проблемы, но задачу обеспечить им боевое применение в дальней морской зоне никто и не ставил. Очень быстро начались закладки таких кораблей, которых планировалось построить десять единиц. Цена каждого должна была составить десять миллиардов рублей, итого – сто миллиардов.

В Б не было ста миллиардов на корабли. Было только тридцать пять. И было чёткое понимание, что промахнуться на эти последние деньги нельзя. И что ракеты ракетами, но к ним одним никакая война на море никогда не сведётся. Поэтому флот Б стал ориентироваться на малые многоцелевые корветы. В Б проектировали их под заданную стоимость. Корвет имел гидроакустический комплекс из нескольких ГАС и торпедные аппараты, а также ту же, что и в малых ракетных кораблях А ракетную установку на восемь ракет.

Стремясь уменьшить цену, в Б пошли на преднамеренное упрощение каждого корабля. Так, вместо ангара для вертолёта было оставлено место под него, на будущее. Был разработан сдвижной лёгкий ангар-укрытие, но он не закупался. Не было ни одной системы, которую пришлось бы разрабатывать с нуля, принимались только доработки уже существующего. В итоге у Б вышли корветы, вполне способные бороться с подводными лодками, имеющие ПВО чуть получше, чем имели ракетные корабли у А, такую же пушку, и существенно лучшую мореходность и дальность хода.

Командование флота Б принципиально добивалось того, чтобы эти корветы могли применяться в боевых группах вместе со старыми перворангами по скорости и мореходности. Кроме того, инженеры Б схитрили – они предусмотрели запас места под более мощные дизель-генераторы, основные силовые кабели могли передавать ток в два раза больший, чем нужно было, всё оборудование входящее в состав радиоэлектронного вооружения корабля могло бы быть демонтировано без захода в завод, просто краном и силами личного состава. Инженеры Б проанализировали динамику роста массы и габаритов различного оборудования (тех же РЛС) и предусмотрели усиления и подкрепления палуб там, где в будущем это могло стать необходимым, и нужный по их мнению свободный объём, там где это было возможно. Для этого тоже пришлось кое-чем пожертвовать при проектировании корпуса.

В итоге Б получила два корвета по 15 миллиардов рублей. На оставшиеся пять был отремонтирован один из «ходовых перворангов», и он же получил небольшую модернизацию – возможность стрельбы новыми ракетами из своих старых пусковых установок, которые пришлось совсем немного доработать. По своему ракетному залпу этот перворанг оказался таким же, как два корвета – 16 крылатых ракет нового типа.

Спустя два года Б имела на стапелях два корвета в готовности 40% и один отремонтированный перворанг.

Страна А имела два МРК на ходовых испытаниях, и ещё три в постройке, на ещё пять был подписан контракт.

К началу третьего года кораблестроительной программы Б смогла выделить ещё тридцать пять миллиардов. Но командованию флота была поставлена задача усилить наряд сил в дальней морской зоне. Флот Б отреагировал просто – были подписаны контракты ещё на два корвета. Причём, так как никаких опытно-конструкторских разработок вести было не нужно, то образовались некоторые сэкономленные деньги, на которые были закуплены комплекты вертолётных ангаров на все четыре корвета. Эти ангары позволили подолгу хранить вертлёты на кораблях и формально дали адмиралам повод заявить о том, что корветы способны действовать в ДМЗ. Впрочем, это так и было. Оставшиеся пять миллиардов Б пустило на ремонт и незначительную модернизацию ещё одного перворанга, по той же программе, что и первого.

В А ситуация была другая – политическое руководство потребовало обеспечить наличие патрульных кораблей в зонах, где существовал риск пиратских нападений на торговые суда. Программа ракетных кораблей при этом продолжалась, они продолжали строиться.

Получив задачу патрулировать, флот А придумал патрульные корабли – простые и дешёвые. Они, прямо скажем, не были оптимальны для таких задач, но худо-бедно гонять пиратов на них можно было бы (с ограничениями). Каждый корабль обходился А всего в шесть миллиардов рублей, а запланировано их было шесть. Таким образом, к ста миллиардам рублей, которые уже были выделены и частично освоены на ракетные корабли, добавились ещё тридцать шесть на патрульные суда. Б к тому моменту находилось в процессе освоения семидесяти миллиардов.

К началу четвёртого года кораблестроительной программы антипиратская напасть свалилась и на Б. Теперь и от флота Б политики потребовали обеспечить борьбу с пиратами. Под это было выделено финансирование, такое же, какое получил флот А

Но в Б нашлись люди, которые поступили иначе, чем в А. Вместо того, чтобы проектировать какие-то антипиратские суда, парламент Б продавил легализацию частных военных компаний, и уполномочил их вести такую деятельность на деньги судовладельцев. Это сразу же сняло проблему защиты судов под флагом Б или принадлежащих гражданам Б и ходящих под удобными флагами.

Правда, политическое руководство продолжило требовать патрулирования пиратоопасных зон, причём не перворангами, каждый выход которых стоил массу денег, а небольшими и недорогими кораблями, как в А. И флот Б дал ответ этому требованию. А именно – заложил ещё корветы. Вот только в неполной комплектации. У них не было ЗРК, было только штатное место для него и проводка, не было гидроакустических станций, хотя их тоже можно было бы потом поставить, не было бомбомёта и систем ПВО, были только места для их установки. И ракетной установки тоже не было. Всё было заглушено. В итоге один корвет встал всего в девять миллиардов за единицу, и построили их четыре единицы, причём намного быстрее, чем полноценные. Зато они сразу же были с ангарами.

К концу шестого года у в строю А было шесть МРК, и два патрульника из шести, у Б три корвета в строю, один на испытаниях и четыре «голых» корвета в постройке, в готовности 70%.

К началу седьмого года в А и Б подвергли ревизии кораблестроительные программы.

В А под давлением лоббистов решили построить ещё четыре МРК по десять миллиардов. Кроме того, начали сыпаться перворанги – им давно не делали никаких ремонтов. Однако, в А не было внятной теории того, зачем им флот и что он должен делать, поэтому ремонт перворангов запланировали по схеме «впихнуть по максимуму». Корабли планировалось серьёзно перестроить, и выходил такой ремонт в 10 миллиардов за корабль. Количество крылатых ракет, которые должны были встать на модернизированный корабль, должно было составить 16 единиц. Сначала решили попробовать один – множество новых систем в старом корпусе означало высокий технический риск. Дополнительные средства, выделяемые на МРК и ремонт старого большого корабля, составили пятьдесят миллиардов.

В Б тоже подвергли всё ревизии. Выяснилось, что пиратов перебили наёмники одной из недалеко расположенных монархий, причём перебили настолько жёстко, что даже новых некому рожать стало. Количество нападений на корабли просело до считанных раз в год. Патрульные корветы теперь были не нужны, а вот задача продолжать строительство флота по-прежнему никуда не делась. Но у военных тут был ответ – патрульные корветы легко превратить в настоящие, надо только повыкидывать заглушки и крышки, и поставить на штатные места не установленное ранее оборудование и оружие. По шесть миллиардов на каждый из четырёх кораблей, всего двадцать четыре. Это было вполне по силам для бюджета Б. Кроме того, Б могла выделить на флот ещё десять миллиардов. Решили на эти деньги отремонтировать и, как раньше, легко модернизировать ещё пару перворангов из состава «ходовых».

К началу одиннадцатого года кораблестроительной программы мир изменился. Выросла опасность войны, в том числе и морской.

К тому времени в А уже были освоены все средства и сданы все МРК и патрульные суда. 14 МРК и шесть патрульных судов. Один из перворангов находился в завершающей стадии сложной и «заряженной» модернизации. Остальные из ранее имевшихся требовали срочного ремонта, который все эти годы не делался. Было освоено 186 миллиардов рублей.

В Б к тому времени было сдано восемь многофункциональных корветов с возможностью применения крылатых ракет. Кроме того, было отремонтировано и перевооружено новыми ракетами четыре новых перворанга из восьми имевшихся ходовых.

Всё вышеперечисленное потребовало 140 миллиардов рублей.

За время кораблестроительной программы и А и Б списали по одному перворангу по износу. Б планировало взять с хранения и восстановить примерно за пять миллиардов другой такой же. У А такого варианта не было, то, что у них числилось «на хранении» давно сгнило.

Теперь посчитаем.

За 186 миллиардов рублей А получило 112 ракетных ячеек – по 8 на 14 МРК. Ещё 16 в счёт этой же стоимости ожидались в будущем на отремонтированном перворанге. Всего 128 ракет на морских носителях.

Удалось обеспечить развёртывание 6 палубных вертолётах в море на патрульных кораблях.

У Б была другая статистика – 64 крылатых ракет на корветах и 64 на отремонтированных перворангах. Всего те же 128 крылатых ракет в залпе. Также изменилось соотношение количества перворангов – обе страны потеряли по одному «ходовому» кораблю, но Б ввела другой с консервации, а А не ввело ничего.

По количеству развертываемых в море вертолётов флот Б победил – 8 корветов обеспечивали восемь вертолётов в море, а не 6, как у Б.

При этом за годы кораблестроительной программы у А возникла колоссальная «дыра» в противолодочной обороне – те корабли, которые А вводила в строй были неспособны бороться с подводными лодками, тогда как Б достаточно было загрузить в пусковые установки корветов ПЛУР вместо крылатых ракет.

Теперь в А решали как лучше поступить – срочно требовались противолодочные корабли, которые ещё надо было спроектировать. Предполагалось, что это будут или корветы, как в Б, по 15 миллиардов за единицу, или более простые корабли, неспособные принимать на борт вертолёты, и применять крылатые ракеты, по 8 миллиардов за единицу, не менее 8 кораблей. И срочно требовалось ремонтировать перворанги, оставшиеся от старых времён. Судоремонтные заводы А могли реанимировать не более двух кораблей в два года. А их было 23 в строю и один на модернизации. По прогнозам «профильного» ЦНИИ при таких сроках минимум четыре корабля ремонт не увидят, их придётся списать раньше, оставив в строю двадцать единиц.

В итоге и новые противолодочные корабли, и ремонты старых вставали минимум в 164 миллиарда за следующую десятилетку, с получением восьми малых противолодочных кораблей и десяти отремонтированных и глубоко модернизированных перворангов (плюсом к тому, который уже отремонтировался).

Через двадцать лет с момента начала кораблестроительной программы А имела бы:

— 11 отремонтированных и модернизированных кораблей 1-го ранга, по 16 крылатых ракет;
— 9 частично боеготовых перворангов, с возможностью ремонта и модернизации, и очень нуждающихся в таковых;
— 14 МРК по 8 крылатых ракет;
— 6 почти безоружных патрульных судов;
— 8 малых противолодочных корабля (малых корветов без взлётной площадки и крылатых ракет);
— вертолётов в море на новых кораблях – 6;
— ракетных залпов – 288 ракет.

Было бы потрачено 350 миллиардов рублей и на ремонт ещё 9 перворангов нужно было иметь 90 миллиардов рублей в следующую десятилетку.

Б имела бы:

— 17 отремонтированных кораблей первого ранга с новыми ракетами вместо старых и небольшой модернизацией. По 16 крылатых ракет;
— 15 уже построенных корветов УРО/ПЛО (если исходить из того, что простой и небольшой корабль можно строить за 4 года). При необходимости – по 8 крылатых ракет;
— 1 корвет в постройке, срок до сдачи — 1 год;
— залпов – 392 ракеты + через год ещё 8. Всего будет 400;
— вертолётов в море на новых кораблях – 15 и ещё один через год.

Потрачено – 325 миллиардов. Все будущие деньги на флот пойдут не на ремонты старых кораблей, а на строительство новых, в том числе и перворангов.

Нетрудно увидеть вот что: Б тратила меньше денег на флот, причём поначалу существенно меньше, но при этом в итоге получило флот существенно более сильный, чем А. Так, например, Б на момент конца сравнения имеет 15 противолодочных кораблей в строю и один в достройке. А имеет только 8 и каждый из них хуже, чем у Б.

Более того, на начало третьей десятилетки у А ещё есть гиря на ногах в виде старых и немодернизированных кораблей которым идёт четвёртый десяток – в реальном мире их приведение в боеспособное состояние возможно далеко не всегда. Дальше Б начнёт строить уже современные перворанги, а стране А надо будет решать – резать старые корабли и строить новые, или экономить на новых, но восстанавливать старые. И то, и другое, в итоге, увеличит перевес Б в силах. Кроме того, флот А и в эксплуатации намного дороже – у него те же задачи решаются хуже, но большим количеством кораблей, а значит надо больше экипажей, жилья, денег на зарплаты, причалов, топлива, боеприпасов на боевую подготовку.

Плюс фактор того, что у Б только один тип нового корабля (старые перворанги выведем «за скобки», кто его знает, что там), а у А три типа – МРК, патрульный и МПК/корвет. А это разунификация, тройной набор ЗИП и так далее.

А если бы Б имела столько же денег, сколько А? Как минимум это означало бы, что в те же сроки Б получила бы ещё один корвет, а программу восстановления перворангов закончило бы раньше на пару лет. А может быть, удалось бы не потерять по возрасту один из кораблей. Тогда Б имела бы 18 перворангов с современным оружием против 11 у А, и в итоге, с дополнительным корветом, ракетный залп Б был бы 424 ракеты против 288 у А. И это при том, что А как ужаленная вкладывалась в МРК! И на противолодочную оборону у Б более чем в два раза больше кораблей!

Но самое интересное ожидалось впереди. Любой корабль имеет свойство стареть. Стареет его РЛС, устаревают системы ПВО, электроника.

У А нет никакого ответа на этот вызов времени. Когда их МРК устареют по своему радиоэлектронному и радиотехническому вооружению, модернизировать их будет непросто.

А у Б в корветах запас внутренних объёмов, электрической мощности и избыточно усиленные фундаменты под разное оборудование. Там, где А придётся менять корабли или перекурочивать их на заводе изготовителе, Б всё решит намного проще. И в разы дешевле. Опять.

Вот так это работает. Вот так наличие вменяемой кораблестроительной стратегии позволяет бедной стране за меньшие деньги получать более боеспособный, и, по некоторым позициям даже более многочисленный флот, чем может построить богатый, но бестолковый противник.
Так выглядит сила бедных, тех, кто с умом тратит каждую копейку. Не стоит сравнивать страны А и Б с Россией – обе они Россия. Только одна – реальная, глупая и не имеющая в результате боеспособного флота. Вторая – виртуальная, умеющая считать деньги и знающая, чего она хочет. Страны А и Б это не иллюстрации реальных кораблестроительных программ, в конце концов у России есть и 20380, «аналог» которого в сравнение не попал. Страны А и Б это иллюстрация ПОДХОДА к кораблестроению. Первый – реальный, тот, который есть. Второй – тот, к которому мы должны придти, если хотим иметь нормальный флот."
 

Иванов

Активный участник
Сообщения
331
Адрес
Россия,Льгов
Часть шестая. На мой вкус - слабоват ответ апологетам "ядерной дубины". Да и вообще, цикл уезжает в абстракции и лишнюю "воду".

https://topwar.ru/163939-stroim-flot-oshibochnye-idei-nepravilnye-koncepcii.html

Часть седьмая.
https://topwar.ru/164230-stroim-flot-sila-bednyh.html

Улыбнула своеобразным описанием нашего современного "пути" в военно-морском кораблестроении)

"Когда-то давно флоты А и Б были одинаковыми по численности и состояли из многих десятков вымпелов. А в «минус первом» году у А было двадцать пять перворангов в строю, а у Б только восемь, правда состояние кораблей у Б было намного лучше, потому, что ради их ремонта безжалостно резались другие расходы. При этом, однако, у Б на консервации «под восстановление» оставалось ещё десять кораблей, тогда как у А – пять и в худшем состоянии, разграбленных полностью на запчасти. «Оживить» из этих пяти можно было только два, и то очень дорого и долго. У Б – все десять. И на каждый ходовой корабль в Б было два экипажа.

Но вот пришло осознание того, что пора строиться.

Обе страны проанализировали свои задачи. В А флот получил политическое указание сверху обеспечить применение крылатых ракет на большую дальность. В Б такая задача тоже была поставлена. Но у флотоводцев Б было чёткое и ясное понимание того, что такое война на море, и как её ведут. Они понимали, что хоть с крылатыми ракетами, хоть без, но основной противник надводных кораблей – подводные лодки. Они понимали, что корабль живёт долго и задачи перед ним за срок службы могут встать очень разные, и в разных местах. И ещё они помнили то, чего стоит поддерживать флот в «живом» состоянии без финансирования, а не просто пустить его на самотёк, и собирались считать каждую копейку.

И вот пришёл «первый» год, год, когда появились деньги.

В А был весёлый хаос. Получив из Генштаба указание обеспечить ракетный залп, а из казначейства деньги, в А быстро спроектировали серию малых ракетных кораблей. Эти корабли могли запускать крылатые ракеты из универсальной установки вертикального пуска на восемь ракет, могли атаковать надводные цели из неё же и вести артиллерийский огонь. С мореходностью у них были проблемы, но задачу обеспечить им боевое применение в дальней морской зоне никто и не ставил. Очень быстро начались закладки таких кораблей, которых планировалось построить десять единиц. Цена каждого должна была составить десять миллиардов рублей, итого – сто миллиардов.

В Б не было ста миллиардов на корабли. Было только тридцать пять. И было чёткое понимание, что промахнуться на эти последние деньги нельзя. И что ракеты ракетами, но к ним одним никакая война на море никогда не сведётся. Поэтому флот Б стал ориентироваться на малые многоцелевые корветы. В Б проектировали их под заданную стоимость. Корвет имел гидроакустический комплекс из нескольких ГАС и торпедные аппараты, а также ту же, что и в малых ракетных кораблях А ракетную установку на восемь ракет.

Стремясь уменьшить цену, в Б пошли на преднамеренное упрощение каждого корабля. Так, вместо ангара для вертолёта было оставлено место под него, на будущее. Был разработан сдвижной лёгкий ангар-укрытие, но он не закупался. Не было ни одной системы, которую пришлось бы разрабатывать с нуля, принимались только доработки уже существующего. В итоге у Б вышли корветы, вполне способные бороться с подводными лодками, имеющие ПВО чуть получше, чем имели ракетные корабли у А, такую же пушку, и существенно лучшую мореходность и дальность хода.

Командование флота Б принципиально добивалось того, чтобы эти корветы могли применяться в боевых группах вместе со старыми перворангами по скорости и мореходности. Кроме того, инженеры Б схитрили – они предусмотрели запас места под более мощные дизель-генераторы, основные силовые кабели могли передавать ток в два раза больший, чем нужно было, всё оборудование входящее в состав радиоэлектронного вооружения корабля могло бы быть демонтировано без захода в завод, просто краном и силами личного состава. Инженеры Б проанализировали динамику роста массы и габаритов различного оборудования (тех же РЛС) и предусмотрели усиления и подкрепления палуб там, где в будущем это могло стать необходимым, и нужный по их мнению свободный объём, там где это было возможно. Для этого тоже пришлось кое-чем пожертвовать при проектировании корпуса.

В итоге Б получила два корвета по 15 миллиардов рублей. На оставшиеся пять был отремонтирован один из «ходовых перворангов», и он же получил небольшую модернизацию – возможность стрельбы новыми ракетами из своих старых пусковых установок, которые пришлось совсем немного доработать. По своему ракетному залпу этот перворанг оказался таким же, как два корвета – 16 крылатых ракет нового типа.

Спустя два года Б имела на стапелях два корвета в готовности 40% и один отремонтированный перворанг.

Страна А имела два МРК на ходовых испытаниях, и ещё три в постройке, на ещё пять был подписан контракт.

К началу третьего года кораблестроительной программы Б смогла выделить ещё тридцать пять миллиардов. Но командованию флота была поставлена задача усилить наряд сил в дальней морской зоне. Флот Б отреагировал просто – были подписаны контракты ещё на два корвета. Причём, так как никаких опытно-конструкторских разработок вести было не нужно, то образовались некоторые сэкономленные деньги, на которые были закуплены комплекты вертолётных ангаров на все четыре корвета. Эти ангары позволили подолгу хранить вертлёты на кораблях и формально дали адмиралам повод заявить о том, что корветы способны действовать в ДМЗ. Впрочем, это так и было. Оставшиеся пять миллиардов Б пустило на ремонт и незначительную модернизацию ещё одного перворанга, по той же программе, что и первого.

В А ситуация была другая – политическое руководство потребовало обеспечить наличие патрульных кораблей в зонах, где существовал риск пиратских нападений на торговые суда. Программа ракетных кораблей при этом продолжалась, они продолжали строиться.

Получив задачу патрулировать, флот А придумал патрульные корабли – простые и дешёвые. Они, прямо скажем, не были оптимальны для таких задач, но худо-бедно гонять пиратов на них можно было бы (с ограничениями). Каждый корабль обходился А всего в шесть миллиардов рублей, а запланировано их было шесть. Таким образом, к ста миллиардам рублей, которые уже были выделены и частично освоены на ракетные корабли, добавились ещё тридцать шесть на патрульные суда. Б к тому моменту находилось в процессе освоения семидесяти миллиардов.

К началу четвёртого года кораблестроительной программы антипиратская напасть свалилась и на Б. Теперь и от флота Б политики потребовали обеспечить борьбу с пиратами. Под это было выделено финансирование, такое же, какое получил флот А

Но в Б нашлись люди, которые поступили иначе, чем в А. Вместо того, чтобы проектировать какие-то антипиратские суда, парламент Б продавил легализацию частных военных компаний, и уполномочил их вести такую деятельность на деньги судовладельцев. Это сразу же сняло проблему защиты судов под флагом Б или принадлежащих гражданам Б и ходящих под удобными флагами.

Правда, политическое руководство продолжило требовать патрулирования пиратоопасных зон, причём не перворангами, каждый выход которых стоил массу денег, а небольшими и недорогими кораблями, как в А. И флот Б дал ответ этому требованию. А именно – заложил ещё корветы. Вот только в неполной комплектации. У них не было ЗРК, было только штатное место для него и проводка, не было гидроакустических станций, хотя их тоже можно было бы потом поставить, не было бомбомёта и систем ПВО, были только места для их установки. И ракетной установки тоже не было. Всё было заглушено. В итоге один корвет встал всего в девять миллиардов за единицу, и построили их четыре единицы, причём намного быстрее, чем полноценные. Зато они сразу же были с ангарами.

К концу шестого года у в строю А было шесть МРК, и два патрульника из шести, у Б три корвета в строю, один на испытаниях и четыре «голых» корвета в постройке, в готовности 70%.

К началу седьмого года в А и Б подвергли ревизии кораблестроительные программы.

В А под давлением лоббистов решили построить ещё четыре МРК по десять миллиардов. Кроме того, начали сыпаться перворанги – им давно не делали никаких ремонтов. Однако, в А не было внятной теории того, зачем им флот и что он должен делать, поэтому ремонт перворангов запланировали по схеме «впихнуть по максимуму». Корабли планировалось серьёзно перестроить, и выходил такой ремонт в 10 миллиардов за корабль. Количество крылатых ракет, которые должны были встать на модернизированный корабль, должно было составить 16 единиц. Сначала решили попробовать один – множество новых систем в старом корпусе означало высокий технический риск. Дополнительные средства, выделяемые на МРК и ремонт старого большого корабля, составили пятьдесят миллиардов.

В Б тоже подвергли всё ревизии. Выяснилось, что пиратов перебили наёмники одной из недалеко расположенных монархий, причём перебили настолько жёстко, что даже новых некому рожать стало. Количество нападений на корабли просело до считанных раз в год. Патрульные корветы теперь были не нужны, а вот задача продолжать строительство флота по-прежнему никуда не делась. Но у военных тут был ответ – патрульные корветы легко превратить в настоящие, надо только повыкидывать заглушки и крышки, и поставить на штатные места не установленное ранее оборудование и оружие. По шесть миллиардов на каждый из четырёх кораблей, всего двадцать четыре. Это было вполне по силам для бюджета Б. Кроме того, Б могла выделить на флот ещё десять миллиардов. Решили на эти деньги отремонтировать и, как раньше, легко модернизировать ещё пару перворангов из состава «ходовых».

К началу одиннадцатого года кораблестроительной программы мир изменился. Выросла опасность войны, в том числе и морской.

К тому времени в А уже были освоены все средства и сданы все МРК и патрульные суда. 14 МРК и шесть патрульных судов. Один из перворангов находился в завершающей стадии сложной и «заряженной» модернизации. Остальные из ранее имевшихся требовали срочного ремонта, который все эти годы не делался. Было освоено 186 миллиардов рублей.

В Б к тому времени было сдано восемь многофункциональных корветов с возможностью применения крылатых ракет. Кроме того, было отремонтировано и перевооружено новыми ракетами четыре новых перворанга из восьми имевшихся ходовых.

Всё вышеперечисленное потребовало 140 миллиардов рублей.

За время кораблестроительной программы и А и Б списали по одному перворангу по износу. Б планировало взять с хранения и восстановить примерно за пять миллиардов другой такой же. У А такого варианта не было, то, что у них числилось «на хранении» давно сгнило.

Теперь посчитаем.

За 186 миллиардов рублей А получило 112 ракетных ячеек – по 8 на 14 МРК. Ещё 16 в счёт этой же стоимости ожидались в будущем на отремонтированном перворанге. Всего 128 ракет на морских носителях.

Удалось обеспечить развёртывание 6 палубных вертолётах в море на патрульных кораблях.

У Б была другая статистика – 64 крылатых ракет на корветах и 64 на отремонтированных перворангах. Всего те же 128 крылатых ракет в залпе. Также изменилось соотношение количества перворангов – обе страны потеряли по одному «ходовому» кораблю, но Б ввела другой с консервации, а А не ввело ничего.

По количеству развертываемых в море вертолётов флот Б победил – 8 корветов обеспечивали восемь вертолётов в море, а не 6, как у Б.

При этом за годы кораблестроительной программы у А возникла колоссальная «дыра» в противолодочной обороне – те корабли, которые А вводила в строй были неспособны бороться с подводными лодками, тогда как Б достаточно было загрузить в пусковые установки корветов ПЛУР вместо крылатых ракет.

Теперь в А решали как лучше поступить – срочно требовались противолодочные корабли, которые ещё надо было спроектировать. Предполагалось, что это будут или корветы, как в Б, по 15 миллиардов за единицу, или более простые корабли, неспособные принимать на борт вертолёты, и применять крылатые ракеты, по 8 миллиардов за единицу, не менее 8 кораблей. И срочно требовалось ремонтировать перворанги, оставшиеся от старых времён. Судоремонтные заводы А могли реанимировать не более двух кораблей в два года. А их было 23 в строю и один на модернизации. По прогнозам «профильного» ЦНИИ при таких сроках минимум четыре корабля ремонт не увидят, их придётся списать раньше, оставив в строю двадцать единиц.

В итоге и новые противолодочные корабли, и ремонты старых вставали минимум в 164 миллиарда за следующую десятилетку, с получением восьми малых противолодочных кораблей и десяти отремонтированных и глубоко модернизированных перворангов (плюсом к тому, который уже отремонтировался).

Через двадцать лет с момента начала кораблестроительной программы А имела бы:

— 11 отремонтированных и модернизированных кораблей 1-го ранга, по 16 крылатых ракет;
— 9 частично боеготовых перворангов, с возможностью ремонта и модернизации, и очень нуждающихся в таковых;
— 14 МРК по 8 крылатых ракет;
— 6 почти безоружных патрульных судов;
— 8 малых противолодочных корабля (малых корветов без взлётной площадки и крылатых ракет);
— вертолётов в море на новых кораблях – 6;
— ракетных залпов – 288 ракет.

Было бы потрачено 350 миллиардов рублей и на ремонт ещё 9 перворангов нужно было иметь 90 миллиардов рублей в следующую десятилетку.

Б имела бы:

— 17 отремонтированных кораблей первого ранга с новыми ракетами вместо старых и небольшой модернизацией. По 16 крылатых ракет;
— 15 уже построенных корветов УРО/ПЛО (если исходить из того, что простой и небольшой корабль можно строить за 4 года). При необходимости – по 8 крылатых ракет;
— 1 корвет в постройке, срок до сдачи — 1 год;
— залпов – 392 ракеты + через год ещё 8. Всего будет 400;
— вертолётов в море на новых кораблях – 15 и ещё один через год.

Потрачено – 325 миллиардов. Все будущие деньги на флот пойдут не на ремонты старых кораблей, а на строительство новых, в том числе и перворангов.

Нетрудно увидеть вот что: Б тратила меньше денег на флот, причём поначалу существенно меньше, но при этом в итоге получило флот существенно более сильный, чем А. Так, например, Б на момент конца сравнения имеет 15 противолодочных кораблей в строю и один в достройке. А имеет только 8 и каждый из них хуже, чем у Б.

Более того, на начало третьей десятилетки у А ещё есть гиря на ногах в виде старых и немодернизированных кораблей которым идёт четвёртый десяток – в реальном мире их приведение в боеспособное состояние возможно далеко не всегда. Дальше Б начнёт строить уже современные перворанги, а стране А надо будет решать – резать старые корабли и строить новые, или экономить на новых, но восстанавливать старые. И то, и другое, в итоге, увеличит перевес Б в силах. Кроме того, флот А и в эксплуатации намного дороже – у него те же задачи решаются хуже, но большим количеством кораблей, а значит надо больше экипажей, жилья, денег на зарплаты, причалов, топлива, боеприпасов на боевую подготовку.

Плюс фактор того, что у Б только один тип нового корабля (старые перворанги выведем «за скобки», кто его знает, что там), а у А три типа – МРК, патрульный и МПК/корвет. А это разунификация, тройной набор ЗИП и так далее.

А если бы Б имела столько же денег, сколько А? Как минимум это означало бы, что в те же сроки Б получила бы ещё один корвет, а программу восстановления перворангов закончило бы раньше на пару лет. А может быть, удалось бы не потерять по возрасту один из кораблей. Тогда Б имела бы 18 перворангов с современным оружием против 11 у А, и в итоге, с дополнительным корветом, ракетный залп Б был бы 424 ракеты против 288 у А. И это при том, что А как ужаленная вкладывалась в МРК! И на противолодочную оборону у Б более чем в два раза больше кораблей!

Но самое интересное ожидалось впереди. Любой корабль имеет свойство стареть. Стареет его РЛС, устаревают системы ПВО, электроника.

У А нет никакого ответа на этот вызов времени. Когда их МРК устареют по своему радиоэлектронному и радиотехническому вооружению, модернизировать их будет непросто.

А у Б в корветах запас внутренних объёмов, электрической мощности и избыточно усиленные фундаменты под разное оборудование. Там, где А придётся менять корабли или перекурочивать их на заводе изготовителе, Б всё решит намного проще. И в разы дешевле. Опять.

Вот так это работает. Вот так наличие вменяемой кораблестроительной стратегии позволяет бедной стране за меньшие деньги получать более боеспособный, и, по некоторым позициям даже более многочисленный флот, чем может построить богатый, но бестолковый противник.
Так выглядит сила бедных, тех, кто с умом тратит каждую копейку. Не стоит сравнивать страны А и Б с Россией – обе они Россия. Только одна – реальная, глупая и не имеющая в результате боеспособного флота. Вторая – виртуальная, умеющая считать деньги и знающая, чего она хочет. Страны А и Б это не иллюстрации реальных кораблестроительных программ, в конце концов у России есть и 20380, «аналог» которого в сравнение не попал. Страны А и Б это иллюстрация ПОДХОДА к кораблестроению. Первый – реальный, тот, который есть. Второй – тот, к которому мы должны придти, если хотим иметь нормальный флот."

Если бы эта прикидка подкреплялась реальными данными по сравнению судостроения "А" и "Б" с выкладками по дверям, наличию или отсутствию стапелей, доков, готовых в серию двигателей, редукторов и тп плюс наличием или отсутствием нужных кадров когда они требуются - и тогда бы я не поверил в этот мир розовых пони, где никто не ворует в ,, Б,, и они всё наперёд знают, и всё у них получается.
Я уж не говорю что против танков не обязательно воевать именно танками. Есть и мины, и ПТ арта,и ВВС.

МРК могут привлечь и АПЛ, и МРА ,использовать береговые ПКР с нехилой дальностью ,могут и острова удалённые вперёд захватить и снарядить их и ПКР и пво . Хай эти корветы ,, Б,, лезут через них.

В данном же опусе - ситуация когда МРК противостоят корветам и перворангам и только так, и никак иначе.Прямо рыцарский турнир какой то.
 

Иванов

Активный участник
Сообщения
331
Адрес
Россия,Льгов
Часть шестая. На мой вкус - слабоват ответ апологетам "ядерной дубины". Да и вообще, цикл уезжает в абстракции и лишнюю "воду".

https://topwar.ru/163939-stroim-flot-oshibochnye-idei-nepravilnye-koncepcii.html

Часть седьмая.
https://topwar.ru/164230-stroim-flot-sila-bednyh.html

Улыбнула своеобразным описанием нашего современного "пути" в военно-морском кораблестроении)

"Когда-то давно флоты А и Б были одинаковыми по численности и состояли из многих десятков вымпелов. А в «минус первом» году у А было двадцать пять перворангов в строю, а у Б только восемь, правда состояние кораблей у Б было намного лучше, потому, что ради их ремонта безжалостно резались другие расходы. При этом, однако, у Б на консервации «под восстановление» оставалось ещё десять кораблей, тогда как у А – пять и в худшем состоянии, разграбленных полностью на запчасти. «Оживить» из этих пяти можно было только два, и то очень дорого и долго. У Б – все десять. И на каждый ходовой корабль в Б было два экипажа.

Но вот пришло осознание того, что пора строиться.

Обе страны проанализировали свои задачи. В А флот получил политическое указание сверху обеспечить применение крылатых ракет на большую дальность. В Б такая задача тоже была поставлена. Но у флотоводцев Б было чёткое и ясное понимание того, что такое война на море, и как её ведут. Они понимали, что хоть с крылатыми ракетами, хоть без, но основной противник надводных кораблей – подводные лодки. Они понимали, что корабль живёт долго и задачи перед ним за срок службы могут встать очень разные, и в разных местах. И ещё они помнили то, чего стоит поддерживать флот в «живом» состоянии без финансирования, а не просто пустить его на самотёк, и собирались считать каждую копейку.

И вот пришёл «первый» год, год, когда появились деньги.

В А был весёлый хаос. Получив из Генштаба указание обеспечить ракетный залп, а из казначейства деньги, в А быстро спроектировали серию малых ракетных кораблей. Эти корабли могли запускать крылатые ракеты из универсальной установки вертикального пуска на восемь ракет, могли атаковать надводные цели из неё же и вести артиллерийский огонь. С мореходностью у них были проблемы, но задачу обеспечить им боевое применение в дальней морской зоне никто и не ставил. Очень быстро начались закладки таких кораблей, которых планировалось построить десять единиц. Цена каждого должна была составить десять миллиардов рублей, итого – сто миллиардов.

В Б не было ста миллиардов на корабли. Было только тридцать пять. И было чёткое понимание, что промахнуться на эти последние деньги нельзя. И что ракеты ракетами, но к ним одним никакая война на море никогда не сведётся. Поэтому флот Б стал ориентироваться на малые многоцелевые корветы. В Б проектировали их под заданную стоимость. Корвет имел гидроакустический комплекс из нескольких ГАС и торпедные аппараты, а также ту же, что и в малых ракетных кораблях А ракетную установку на восемь ракет.

Стремясь уменьшить цену, в Б пошли на преднамеренное упрощение каждого корабля. Так, вместо ангара для вертолёта было оставлено место под него, на будущее. Был разработан сдвижной лёгкий ангар-укрытие, но он не закупался. Не было ни одной системы, которую пришлось бы разрабатывать с нуля, принимались только доработки уже существующего. В итоге у Б вышли корветы, вполне способные бороться с подводными лодками, имеющие ПВО чуть получше, чем имели ракетные корабли у А, такую же пушку, и существенно лучшую мореходность и дальность хода.

Командование флота Б принципиально добивалось того, чтобы эти корветы могли применяться в боевых группах вместе со старыми перворангами по скорости и мореходности. Кроме того, инженеры Б схитрили – они предусмотрели запас места под более мощные дизель-генераторы, основные силовые кабели могли передавать ток в два раза больший, чем нужно было, всё оборудование входящее в состав радиоэлектронного вооружения корабля могло бы быть демонтировано без захода в завод, просто краном и силами личного состава. Инженеры Б проанализировали динамику роста массы и габаритов различного оборудования (тех же РЛС) и предусмотрели усиления и подкрепления палуб там, где в будущем это могло стать необходимым, и нужный по их мнению свободный объём, там где это было возможно. Для этого тоже пришлось кое-чем пожертвовать при проектировании корпуса.

В итоге Б получила два корвета по 15 миллиардов рублей. На оставшиеся пять был отремонтирован один из «ходовых перворангов», и он же получил небольшую модернизацию – возможность стрельбы новыми ракетами из своих старых пусковых установок, которые пришлось совсем немного доработать. По своему ракетному залпу этот перворанг оказался таким же, как два корвета – 16 крылатых ракет нового типа.

Спустя два года Б имела на стапелях два корвета в готовности 40% и один отремонтированный перворанг.

Страна А имела два МРК на ходовых испытаниях, и ещё три в постройке, на ещё пять был подписан контракт.

К началу третьего года кораблестроительной программы Б смогла выделить ещё тридцать пять миллиардов. Но командованию флота была поставлена задача усилить наряд сил в дальней морской зоне. Флот Б отреагировал просто – были подписаны контракты ещё на два корвета. Причём, так как никаких опытно-конструкторских разработок вести было не нужно, то образовались некоторые сэкономленные деньги, на которые были закуплены комплекты вертолётных ангаров на все четыре корвета. Эти ангары позволили подолгу хранить вертлёты на кораблях и формально дали адмиралам повод заявить о том, что корветы способны действовать в ДМЗ. Впрочем, это так и было. Оставшиеся пять миллиардов Б пустило на ремонт и незначительную модернизацию ещё одного перворанга, по той же программе, что и первого.

В А ситуация была другая – политическое руководство потребовало обеспечить наличие патрульных кораблей в зонах, где существовал риск пиратских нападений на торговые суда. Программа ракетных кораблей при этом продолжалась, они продолжали строиться.

Получив задачу патрулировать, флот А придумал патрульные корабли – простые и дешёвые. Они, прямо скажем, не были оптимальны для таких задач, но худо-бедно гонять пиратов на них можно было бы (с ограничениями). Каждый корабль обходился А всего в шесть миллиардов рублей, а запланировано их было шесть. Таким образом, к ста миллиардам рублей, которые уже были выделены и частично освоены на ракетные корабли, добавились ещё тридцать шесть на патрульные суда. Б к тому моменту находилось в процессе освоения семидесяти миллиардов.

К началу четвёртого года кораблестроительной программы антипиратская напасть свалилась и на Б. Теперь и от флота Б политики потребовали обеспечить борьбу с пиратами. Под это было выделено финансирование, такое же, какое получил флот А

Но в Б нашлись люди, которые поступили иначе, чем в А. Вместо того, чтобы проектировать какие-то антипиратские суда, парламент Б продавил легализацию частных военных компаний, и уполномочил их вести такую деятельность на деньги судовладельцев. Это сразу же сняло проблему защиты судов под флагом Б или принадлежащих гражданам Б и ходящих под удобными флагами.

Правда, политическое руководство продолжило требовать патрулирования пиратоопасных зон, причём не перворангами, каждый выход которых стоил массу денег, а небольшими и недорогими кораблями, как в А. И флот Б дал ответ этому требованию. А именно – заложил ещё корветы. Вот только в неполной комплектации. У них не было ЗРК, было только штатное место для него и проводка, не было гидроакустических станций, хотя их тоже можно было бы потом поставить, не было бомбомёта и систем ПВО, были только места для их установки. И ракетной установки тоже не было. Всё было заглушено. В итоге один корвет встал всего в девять миллиардов за единицу, и построили их четыре единицы, причём намного быстрее, чем полноценные. Зато они сразу же были с ангарами.

К концу шестого года у в строю А было шесть МРК, и два патрульника из шести, у Б три корвета в строю, один на испытаниях и четыре «голых» корвета в постройке, в готовности 70%.

К началу седьмого года в А и Б подвергли ревизии кораблестроительные программы.

В А под давлением лоббистов решили построить ещё четыре МРК по десять миллиардов. Кроме того, начали сыпаться перворанги – им давно не делали никаких ремонтов. Однако, в А не было внятной теории того, зачем им флот и что он должен делать, поэтому ремонт перворангов запланировали по схеме «впихнуть по максимуму». Корабли планировалось серьёзно перестроить, и выходил такой ремонт в 10 миллиардов за корабль. Количество крылатых ракет, которые должны были встать на модернизированный корабль, должно было составить 16 единиц. Сначала решили попробовать один – множество новых систем в старом корпусе означало высокий технический риск. Дополнительные средства, выделяемые на МРК и ремонт старого большого корабля, составили пятьдесят миллиардов.

В Б тоже подвергли всё ревизии. Выяснилось, что пиратов перебили наёмники одной из недалеко расположенных монархий, причём перебили настолько жёстко, что даже новых некому рожать стало. Количество нападений на корабли просело до считанных раз в год. Патрульные корветы теперь были не нужны, а вот задача продолжать строительство флота по-прежнему никуда не делась. Но у военных тут был ответ – патрульные корветы легко превратить в настоящие, надо только повыкидывать заглушки и крышки, и поставить на штатные места не установленное ранее оборудование и оружие. По шесть миллиардов на каждый из четырёх кораблей, всего двадцать четыре. Это было вполне по силам для бюджета Б. Кроме того, Б могла выделить на флот ещё десять миллиардов. Решили на эти деньги отремонтировать и, как раньше, легко модернизировать ещё пару перворангов из состава «ходовых».

К началу одиннадцатого года кораблестроительной программы мир изменился. Выросла опасность войны, в том числе и морской.

К тому времени в А уже были освоены все средства и сданы все МРК и патрульные суда. 14 МРК и шесть патрульных судов. Один из перворангов находился в завершающей стадии сложной и «заряженной» модернизации. Остальные из ранее имевшихся требовали срочного ремонта, который все эти годы не делался. Было освоено 186 миллиардов рублей.

В Б к тому времени было сдано восемь многофункциональных корветов с возможностью применения крылатых ракет. Кроме того, было отремонтировано и перевооружено новыми ракетами четыре новых перворанга из восьми имевшихся ходовых.

Всё вышеперечисленное потребовало 140 миллиардов рублей.

За время кораблестроительной программы и А и Б списали по одному перворангу по износу. Б планировало взять с хранения и восстановить примерно за пять миллиардов другой такой же. У А такого варианта не было, то, что у них числилось «на хранении» давно сгнило.

Теперь посчитаем.

За 186 миллиардов рублей А получило 112 ракетных ячеек – по 8 на 14 МРК. Ещё 16 в счёт этой же стоимости ожидались в будущем на отремонтированном перворанге. Всего 128 ракет на морских носителях.

Удалось обеспечить развёртывание 6 палубных вертолётах в море на патрульных кораблях.

У Б была другая статистика – 64 крылатых ракет на корветах и 64 на отремонтированных перворангах. Всего те же 128 крылатых ракет в залпе. Также изменилось соотношение количества перворангов – обе страны потеряли по одному «ходовому» кораблю, но Б ввела другой с консервации, а А не ввело ничего.

По количеству развертываемых в море вертолётов флот Б победил – 8 корветов обеспечивали восемь вертолётов в море, а не 6, как у Б.

При этом за годы кораблестроительной программы у А возникла колоссальная «дыра» в противолодочной обороне – те корабли, которые А вводила в строй были неспособны бороться с подводными лодками, тогда как Б достаточно было загрузить в пусковые установки корветов ПЛУР вместо крылатых ракет.

Теперь в А решали как лучше поступить – срочно требовались противолодочные корабли, которые ещё надо было спроектировать. Предполагалось, что это будут или корветы, как в Б, по 15 миллиардов за единицу, или более простые корабли, неспособные принимать на борт вертолёты, и применять крылатые ракеты, по 8 миллиардов за единицу, не менее 8 кораблей. И срочно требовалось ремонтировать перворанги, оставшиеся от старых времён. Судоремонтные заводы А могли реанимировать не более двух кораблей в два года. А их было 23 в строю и один на модернизации. По прогнозам «профильного» ЦНИИ при таких сроках минимум четыре корабля ремонт не увидят, их придётся списать раньше, оставив в строю двадцать единиц.

В итоге и новые противолодочные корабли, и ремонты старых вставали минимум в 164 миллиарда за следующую десятилетку, с получением восьми малых противолодочных кораблей и десяти отремонтированных и глубоко модернизированных перворангов (плюсом к тому, который уже отремонтировался).

Через двадцать лет с момента начала кораблестроительной программы А имела бы:

— 11 отремонтированных и модернизированных кораблей 1-го ранга, по 16 крылатых ракет;
— 9 частично боеготовых перворангов, с возможностью ремонта и модернизации, и очень нуждающихся в таковых;
— 14 МРК по 8 крылатых ракет;
— 6 почти безоружных патрульных судов;
— 8 малых противолодочных корабля (малых корветов без взлётной площадки и крылатых ракет);
— вертолётов в море на новых кораблях – 6;
— ракетных залпов – 288 ракет.

Было бы потрачено 350 миллиардов рублей и на ремонт ещё 9 перворангов нужно было иметь 90 миллиардов рублей в следующую десятилетку.

Б имела бы:

— 17 отремонтированных кораблей первого ранга с новыми ракетами вместо старых и небольшой модернизацией. По 16 крылатых ракет;
— 15 уже построенных корветов УРО/ПЛО (если исходить из того, что простой и небольшой корабль можно строить за 4 года). При необходимости – по 8 крылатых ракет;
— 1 корвет в постройке, срок до сдачи — 1 год;
— залпов – 392 ракеты + через год ещё 8. Всего будет 400;
— вертолётов в море на новых кораблях – 15 и ещё один через год.

Потрачено – 325 миллиардов. Все будущие деньги на флот пойдут не на ремонты старых кораблей, а на строительство новых, в том числе и перворангов.

Нетрудно увидеть вот что: Б тратила меньше денег на флот, причём поначалу существенно меньше, но при этом в итоге получило флот существенно более сильный, чем А. Так, например, Б на момент конца сравнения имеет 15 противолодочных кораблей в строю и один в достройке. А имеет только 8 и каждый из них хуже, чем у Б.

Более того, на начало третьей десятилетки у А ещё есть гиря на ногах в виде старых и немодернизированных кораблей которым идёт четвёртый десяток – в реальном мире их приведение в боеспособное состояние возможно далеко не всегда. Дальше Б начнёт строить уже современные перворанги, а стране А надо будет решать – резать старые корабли и строить новые, или экономить на новых, но восстанавливать старые. И то, и другое, в итоге, увеличит перевес Б в силах. Кроме того, флот А и в эксплуатации намного дороже – у него те же задачи решаются хуже, но большим количеством кораблей, а значит надо больше экипажей, жилья, денег на зарплаты, причалов, топлива, боеприпасов на боевую подготовку.

Плюс фактор того, что у Б только один тип нового корабля (старые перворанги выведем «за скобки», кто его знает, что там), а у А три типа – МРК, патрульный и МПК/корвет. А это разунификация, тройной набор ЗИП и так далее.

А если бы Б имела столько же денег, сколько А? Как минимум это означало бы, что в те же сроки Б получила бы ещё один корвет, а программу восстановления перворангов закончило бы раньше на пару лет. А может быть, удалось бы не потерять по возрасту один из кораблей. Тогда Б имела бы 18 перворангов с современным оружием против 11 у А, и в итоге, с дополнительным корветом, ракетный залп Б был бы 424 ракеты против 288 у А. И это при том, что А как ужаленная вкладывалась в МРК! И на противолодочную оборону у Б более чем в два раза больше кораблей!

Но самое интересное ожидалось впереди. Любой корабль имеет свойство стареть. Стареет его РЛС, устаревают системы ПВО, электроника.

У А нет никакого ответа на этот вызов времени. Когда их МРК устареют по своему радиоэлектронному и радиотехническому вооружению, модернизировать их будет непросто.

А у Б в корветах запас внутренних объёмов, электрической мощности и избыточно усиленные фундаменты под разное оборудование. Там, где А придётся менять корабли или перекурочивать их на заводе изготовителе, Б всё решит намного проще. И в разы дешевле. Опять.

Вот так это работает. Вот так наличие вменяемой кораблестроительной стратегии позволяет бедной стране за меньшие деньги получать более боеспособный, и, по некоторым позициям даже более многочисленный флот, чем может построить богатый, но бестолковый противник.
Так выглядит сила бедных, тех, кто с умом тратит каждую копейку. Не стоит сравнивать страны А и Б с Россией – обе они Россия. Только одна – реальная, глупая и не имеющая в результате боеспособного флота. Вторая – виртуальная, умеющая считать деньги и знающая, чего она хочет. Страны А и Б это не иллюстрации реальных кораблестроительных программ, в конце концов у России есть и 20380, «аналог» которого в сравнение не попал. Страны А и Б это иллюстрация ПОДХОДА к кораблестроению. Первый – реальный, тот, который есть. Второй – тот, к которому мы должны придти, если хотим иметь нормальный флот."

Если бы эта прикидка подкреплялась реальными данными по сравнению судостроения "А" и "Б" с выкладками по верфям, наличию или отсутствию стапелей, доков, готовых в серию двигателей, редукторов и тп плюс наличием или отсутствием нужных кадров молодых или старвх и тогда когда они требуются - и тогда бы я не поверил в этот мир розовых пони, где никто не ворует в ,, Б,, и они всё наперёд знают, и всё у них получается.
Я уж не говорю что против танков не обязательно воевать именно танками. Есть и мины, и ПТ арта,и ВВС.

МРК могут привлечь и АПЛ, и МРА ,использовать береговые ПКР с нехилой дальностью ,могут и острова удалённые вперёд захватить и снарядить их и ПКР и пво . Хай эти корветы ,, Б,, лезут через них.

В данном же опусе - ситуация когда МРК противостоят корветам и перворангам и только так, и никак иначе.Прямо рыцарский турнир какой то.
 

vtsp1

Активный участник
Сообщения
1.234
Адрес
Минск
Иванов, в данном посте намеренно выведены за скобки ПЛ, морская авиация, береговые части и пр., все кроме надводных кораблей. Показан сбалансированный и противоположный ему подход к строительству НК. По мне - получилось неплохо.
Считайте это упрощенной математической моделью.
 

Иванов

Активный участник
Сообщения
331
Адрес
Россия,Льгов
Иванов, в данном посте намеренно выведены за скобки ПЛ, морская авиация, береговые части и пр., все кроме надводных кораблей. Показан сбалансированный и противоположный ему подход к строительству НК. По мне - получилось неплохо.
Считайте это упрощенной математической моделью.
Ну а если стране ,, А,, добавить из скобок ПЛ, МРА и тп, что и будет в реальности то и с таким подходом проканает. Особо если для обороны всяких луж. Для захвата и удержания Панамы да, надо не МРК клепать.
 

vtsp1

Активный участник
Сообщения
1.234
Адрес
Минск
Ну а если стране ,, А,, добавить из скобок ПЛ, МРА и тп, что и будет в реальности то и с таким подходом проканает. Особо если для обороны всяких луж. Для захвата и удержания Панамы да, надо не МРК клепать.
в статье схематично показаны разные подходы к проблеме строительства только НК. Причем здесь МРА, ПЛ?
При желании, можно еще сузить проблему и рассмотреть вопрос строительства только одного класса НК, например, тральщиков. Или даже проблему чего нибудь еще более локального - например, ГЭУ этих тральщиков.
 

Иванов

Активный участник
Сообщения
331
Адрес
Россия,Льгов
в статье схематично показаны разные подходы к проблеме строительства только НК. Причем здесь МРА, ПЛ?
При желании, можно еще сузить проблему и рассмотреть вопрос строительства только одного класса НК, например, тральщиков. Или даже проблему чего нибудь еще более локального - например, ГЭУ этих тральщиков.
Но в реальности то другие условия? Или мы готовимся к боям вымышленного мира рыцарских боёв?
В моей реальности побеждает эклномика и система, взаимодействие видов и родов . Соответственно и слабость какого то патрульного корабля всегда можно компенсировать.
Ровно так же немцы в 1941м компенсировали слабость своих танков и пт артиллерии в сравнении с нашими Т-34 и КВ зенитками, минами и авиацией. Ровно так же мы компенсировали сравнительную слабость Т-34 в 1943 с тиграми и пантерами тактикой, артиллерией , штурмовиками и минами. Есть статистика танковых потерь. И танковые дуэли там не превалируют.
Ровно так же наши МРК не будут лупится с их фрегатами если нам это не выгодно.
 

Иванов

Активный участник
Сообщения
331
Адрес
Россия,Льгов
При этом , надо не забывать, что во времена когда Зумволт экономил вшивые миллиарды ,обрезая функционал Оливеров Пери, в ВВС США денег не жалели, и тогда периодически бушевали коррупционные скандалы по поводу роста цены очередного истребителя , куда уходили десятки и сотни миллиардов. Апофеозом чего стала стоимость В-2.Так что не так уж там у них и всё по делу было
Не занимаясь всякой херней они могли бы и вполне полноценные фрегаты и крейсера строить.
В то же время наши Ту-22 и Ту-160 как то были на порядок дешевле амерских поделок.
Так что вот это вот :"позволили им получать на один доллар больше корабля, чем на него же мог получить СССР. Фактически, американцы, являясь более богатой страной, чем СССР, применяли методы бедных в своём военно-морском строительстве, а СССР вёл себя как богатая страна, и в итоге гонку вооружений проиграл. "
Как то однобоко и не верно.
Гонку мы и не проиграли, наши самолёты, танки, были не хуже но дешевле, АПЛ тоже явно не дороже , а уж что то было и по лучше американского. А что было хуже-мы делали больше.
Да и не на море , не в наземных кораблях уж точно,была главная баталия гонки вооружений.
 
Последнее редактирование:

Kotus

Активный участник
Сообщения
9.543
Адрес
г. Волжский
Иванов , речь шла о том, что в нынешнем кораблестроении отчетливо видна тенденция "сегодня-одно, завтра -второе, послезавтра десятое" вместо нормального планирования.
Вы зачем-то (зачем, кстати?) как бы оправдываете это тем, что у нас и так все не хуже чем у супостата, притягивая и ВОВ, и СА и штамп "рыцарского турнира" и все на свете, хотя речь шла конкретно о строительстве надводной компоненты.
В вашей
нормально в условиях недостатка полноценных боеспособных единиц создавать ситуацию, когда
слабость какого то патрульного корабля
(построенного вместо нормального корвета) приходится
компенсировать.
?
Извините, вы какой-то демагогией занимаетесь.

- мужики, у нас капуста гниёт!
- да пофигу, зато черенки на лопатах стальные!
 

Иванов

Активный участник
Сообщения
331
Адрес
Россия,Льгов
Иванов , речь шла о том, что в нынешнем кораблестроении отчетливо видна тенденция "сегодня-одно, завтра -второе, послезавтра десятое" вместо нормального планирования.
Вы зачем-то (зачем, кстати?) как бы оправдываете это тем, что у нас и так все не хуже чем у супостата, притягивая и ВОВ, и СА и штамп "рыцарского турнира" и все на свете, хотя речь шла конкретно о строительстве надводной компоненты.
В вашей нормально в условиях недостатка полноценных боеспособных единиц создавать ситуацию, когда
(построенного вместо нормального корвета) приходится ?
Извините, вы какой-то демагогией занимаетесь.

- мужики, у нас капуста гниёт!
- да пофигу, зато черенки на лопатах стальные!
Я в этих статьях вижу пропаганду вкладываться в флот, и именно в тот , а какой видит автор. Так ли это, не правы ли те адмиралы кто рулит-не доказано.
Ну и отсутствие опасностей сухопутной войны автор как бы не доказал. От того что он сказал что её не будет не значит что не будет.
 

Kotus

Активный участник
Сообщения
9.543
Адрес
г. Волжский
Я в этих статьях вижу пропаганду вкладываться в флот, и именно в тот , а какой видит автор. Так ли это, не правы ли те адмиралы кто рулит-не доказано.
Ну и отсутствие опасностей сухопутной войны автор как бы не доказал. От того что он сказал что её не будет не значит что не будет.
Равноприменимо и к вам. Но автор хотя бы пишет доходчиво, развернуто и много. Спорьте не со мной. Спорьте с ним. Вступите в публичную полемику, опубликуйтесь, коль так отстаиваете "сухопутку". Что мешает?
 

Иванов

Активный участник
Сообщения
331
Адрес
Россия,Льгов
Равноприменимо и к вам. Но автор хотя бы пишет доходчиво, развернуто и много. Спорьте не со мной. Спорьте с ним. Вступите в публичную полемику, опубликуйтесь, коль так отстаиваете "сухопутку". Что мешает?

Да ничего не мешает.Вот буду пропагандировать танковые армии, что нападение с морских направлений нам ну никак не грозит, а вот нашествий по земле всегда было и будет вволю и надо непременно идти до Парижа, к последнему морю, а уж потом можно и во флоты вкладываться.
 

Ё-МАЁ

Активный участник
Сообщения
2.794
Адрес
Сергиев Посад
Россия взяла важнейший барьер в строительстве кораблей мирового уровня

Для Военно-морского флота России 2019 год ознаменовался крайне позитивным событием – были заложены сразу два новых фрегата по измененному проекту 22350. Именно эта серия поистине спасла отечественное надводное военное кораблестроение. Почему эти корабли настолько важны для ВМФ России и какие трудности сопровождали их производство?

После краха СССР Россия активно занималась строительством и перестройкой имеющихся боевых кораблей на экспорт. Так, Индия получила от России авианосец (перестроенный авианесущий крейсер «Адмирал Горшков», ранее называвшийся «Баку») и серию фрегатов класса «Тальвар», проходивших у нас как проект 11356. Китай получил четыре эсминца проекта 956. Вьетнам – четыре корвета проекта 11661, два последних – с противолодочным оружием и гидроакустическим комплексом. Также для Вьетнама строились ракетные катера. Экспортировались десантные катера на воздушной подушке и массово – подводные лодки. Но все это были корабли, которые по своим технологиям, по идеологии, заложенной в их конструкцию, или просто относились к советской эпохе, или воплощали в себе позднесоветские наработки, которые не успели появиться до краха СССР. За минимальными исключениями, типа установок вертикального пуска крылатых ракет на «Тальварах».

В мире, однако, происходила технологическая революция в военном кораблестроении, которой все, что строилось ранее, уже не соответствовало. Кроме того, в России наметился прорыв в создании противокорабельных ракет, шли работы над новыми противолодочными ракетами. Эти явления требовали новых кораблей.

Такими новыми кораблями стали фрегаты проекта 22350.

Их должны были начать делать еще в начале 2000-х годов, но тогда Россия была не самым подходящим местом для инновационного военного кораблестроения. Головной корабль проекта был заложен только в 2006-м под именем «Адмирал Горшков». Предполагалось, что он воплотит в себе все самое лучшее, на что способна Россия в море – и способность применять крылатые ракеты, и мощнейший радиолокационный комплекс (РЛК) «Полимент», и антиторпеды, самый лучший из доступных гидроакустический комплекс и главную энергетическую установку с дизелями экономического хода и форсажными газовыми турбинами (работающими при необходимости одновременно, через сложный редуктор), и мощную 130-мм пушку. Это был по-настоящему передовой проект.

С самого начала он, что называется, «не пошел». Технические проблемы с новейшим и ранее не применявшимся нигде оборудованием накладывались на деградировавшую школу проектирования и постройки таких сложных кораблей и хроническое недофинансирование со стороны Минобороны. Постройка и доводка корабля в таких условиях обещала стать очень долгой – и действительно стала.

Казалось, что «Горшков» и заложенный спустя три года, в 2009 году, его систершип «Адмирал Касатонов» вообще не будут построены, настолько медленно все происходило. В качестве жеста отчаяния Минобороны в 2010 году утвердило программу постройки серии куда более простых фрегатов проекта 11356, упрощенных вариантов кораблей, которые строились для Индии. Таких успели построить три, все они сегодня служат на Черном море. Решающая заслуга в этом принадлежит бывшему советнику министра обороны РФ С. Иванова адмиралу Г. Сучкову, который «протолкнул» эту идею. Без этого ЧФ сегодня был бы «флотом без кораблей».

В 2012 и 2013 годах, тем не менее, были заложены еще два фрегата – «Адмирал Головко» и «Адмирал Исаков».

В 2014 году по проекту был нанесен новый удар – постмайданные власти Украины прекратили военно-техническое сотрудничество с Россией. Этот запрет коснулся и сборщика и конечного изготовителя главных энергетических установок для этих кораблей – украинского ГП «Зоря – Машпроект» из г. Николаева. ГЭУ создавалась в кооперации – из России приходила «основа» ГТД и дизельный двигатель Коломенского завода, «Зоря» проводила окончательную сборку ГТД со своими комплектующими, строила редуктор, обеспечивающий совместную работу турбины и дизеля, и проводила сборку агрегата. Когда это стало невозможно, судьба уже во многом построенных фрегатов оказалась под вопросом. Ценой сверхусилий для двух строившихся фрегатов удалось получить все необходимое и собрать ГЭУ с использованием украинских комплектующих.

Но и после этого работы шли очень тяжело.

Например, циркуляция воздуха внутри переходов и коридоров была такой, что не давала открывать двери, создавая перепады давления внутри. Вентиляция разносила по кораблю запахи из гальюна, будучи формально соответствующей ГОСТу...

Это были мелкие проблемы, помимо них были и серьезные – не получалось заставить работать зенитно-ракетный комплекс «Редут» с РЛК «Полимент». Эта проблема не решалась много лет, приходилось даже неоднократно демонтировать ЗРК и ставить его обратно на корабль в уже доработанном виде. Количество замечаний, с которыми корабль не мог быть принят за год до его принятия в боевой состав ВМФ, исчислялось сотнями. На все это накладывалось продолжавшееся недофинансирование строительства со стороны Министерства обороны.

Когда спустя 12 лет после закладки ВМФ наконец-то принял корабль в строй, просто не верилось, что корабль на самом деле боеготов. Ходили слухи, что он принят в строй по политическим мотивам, что ЗРК так и не работает, что флоту опять, как в советские времена, «втюхали» заготовку корабля. Масла в огонь подлила поломка одного из дизелей.

Но шло время, дизель был восстановлен, «Горшков» проводил одни успешные стрельбы за другими, без проблем ходил с флота на флот, а затем ушел в кругосветку, которая прошла без единой значимой поломки – только зря буксир с собой брали. А сегодня и «Касатонов» уже на испытаниях.

Это, однако, был не последний барьер, который этому проекту пришлось взять.

Отсутствие возможности получать с Украины редукторы и то, что единственный их производитель в России – ООО «Звезда-Редуктор» из Санкт-Петербурга – находится в состоянии, близком к «смерти», опять поставило будущее серии под вопрос. Хотя Минобороны продолжало утверждать, что новые фрегаты проекта будут строиться и дальше, закладок не было. Серия продолжала состоять из четырех кораблей, три из которых все еще были в постройке. Проходил год за годом с 2016 года, когда С. К. Шойгу подтвердил, что серии – быть, но новых закладок не было.

Скажем прямо – их могло и не быть. Если с ГТД Украину смогли «импортозаместить» относительно быстро, то редукторы и сейчас проблема – «Звезда-Редуктор» делает их по-настоящему медленно и все еще находится при смерти. Голоса, предлагавшие закрыть серию и удариться в эксперименты с другими проектами, хоть и тихонько, но звучали.

И стоит сказать спасибо и политическому руководству страны, и Минобороны, и командованию ВМФ за то, что их не стали слушать.

23 апреля 2019 года в присутствии В. В. Путина была заложена еще одна пара кораблей, с усиленным составом ракетного оружия. Серия продолжилась, пусть очень медленно и с массой накладок, но «Звезда-Редуктор» собрала два редуктора, и сейчас они проходят стендовые испытания. А это было самой главной (хоть далеко не единственной) проблемой на пути продолжения строительства этих кораблей.

Почти умершее высокотехнологичное кораблестроение России, с утерянными смежниками, разрушенными производственными цепочками, оставшимися во враждебных странах подрядчиками, хронически недофинансированное, одолеваемое коррупционными войнами и международными санкциями, смогло, тем не менее, производить боевые корабли мирового уровня. Причем здесь слова «мирового уровня» – это не приевшееся уже журналистское «не имеет аналогов в мире», вызывающее кривую скептическую улыбку у всех людей «в теме», это действительно так и есть.

Россия, получавшая один удар за другим, проявила в реализации проекта 22350 достаточно упорства и воли, чтобы ни один из этих ударов не оказался фатальным, и сохранила компетенции, позволяющие ей сегодня не быть безнадежно отстающей страной в военном кораблестроении. Проект 22350 стал тем «барьером», взятие которого оставило нашу страну среди стран, способных производить современные боевые корабли. По сути, именно этот проект и те меры, которые предпринимались для продолжения строительства кораблей этого проекта, спасли наше военное кораблестроение от краха. Мы откатились бы на уровень, с которого нам было бы не подняться, если бы сдались и отказались от продолжения постройки этих кораблей.

Но мы не сдались. Сегодня «Горшков» в строю, «Касатонов» проходит государственные испытания, и еще четыре корабля строятся.

Мы все еще «в зоне риска», но самый опасный момент уже позади.

Немного о будущем

В настоящее время ведется проектирование следующего поколения надводных кораблей первого ранга – проект 22350М. Этот корабль – развитие идей, заложенных в проект 22350, но он уже другой. Он больше, у него больше ракет. Видимо, будет использован более современный радиолокационный комплекс. ГЭУ будет полностью газотрубинная, а водоизмещение – близким к 8000 тонн (у 22350 полное водоизмещение 5400 тонн). Это будет корабль совсем другого класса, скорее эсминец, хотя его тоже собираются классифицировать как фрегат.

Хочется предостеречь Министерство обороны и ВМФ – не стоит прекращать серию фрегатов 22350 до тех пор, пока головной 22350М не будет построен и не пройдет государственные испытания. Пока этого не случилось, тот хрупкий успех, которым является выживание отечественного кораблестроения в виде продолжения постройки фрегатов 22350, лучше не подвергать испытаниям. Пусть продолжение этой серии – вполне нужное и востребованное – послужит для закрепления достигнутого успеха и поможет отечественному кораблестроению не только выжить, но и встать на ноги. Риски опрометчивых решений сегодня слишком велики. Серия фрегатов проекта 22350 должна продолжаться, и до появления нового «большого» фрегата и уверенности в том, что промышленность его «осилит», именно 22350 должны стать основными строящимися в России кораблями дальней морской зоны.

И тогда прошедший год запомнится нам именно событием, после которого робкое возрождение отечественного высокотехнологичного кораблестроения стало свершившимся фактом – закладкой «Амелько» и «Чичагова», таких нужных стране и флоту кораблей по-настоящему мирового уровня.

https://vz.ru/society/2020/1/6/1016592.print.html
 

Kotus

Активный участник
Сообщения
9.543
Адрес
г. Волжский
Камрад, я лично к вам с уважением отношусь, и понимаю, зачем вы эту статью процитировали, но если честно, она не очень - там все в перемешку.
 

Береговой

Активный участник
Сообщения
863
Адрес
Крым, Севастополь.
Читаю...
Более суток ледоколы "Садко", "Иван Сусанин" и "Капитан Хлебников" обеспечивали проводку кораблей Тихоокеанского флота через ледовые поля в районе пролива Лаперуза. Как сообщили в понедельник, 30 марта, в пресс-службе Минобороны РФ, это стало одним из эпизодов в серии плановых тактических учений группировки сил ТОФ в дальней морской зоне, начавшихся на прошлой неделе.
Блин...Владивосток мышеловка для нашего флота! Второй квартал пошел этого года, а мы все за ледоколами в фарватере ходим.

Создавать надо новую, операционную базу ТОФа, где то на Сахалине. И базировать там корабли 1 и 2 -го рангов, хотя бы на ротационной основе. А во Владивостоке оставить только ОВР...
 

студент

Модератор
Команда форума
Сообщения
40.172
Адрес
Москва
Создавать надо новую, операционную базу ТОФа, где то на Сахалине.
Как тоннель доделают, тогда можно подумать. А до того - без шансов. Бо эту базу через те же льды с ледоколами снабжать придется.
 
Сверху